Дети «боярышника»

 

По мнению священнослужителей, за  них, несостоявшихся  членов общества,  нужно молиться

 Жизнь алкоголика можно сравнить с  просмотром фильма в   пустом кинотеатре: на экране демонстрируется картина, в которой главную роль играет он,  но этому единственному  зрителю все безразлично: волнения родных, любовь, здоровье, надежды и мечты –  все  проносится  мимо.  Он еще не умер, но уже никогда не вернется для настоящей полноценной жизни.

 

Точка «невозврата»

Сергею Караваеву 42 года – самый цветущий возраст для мужчины: казалось бы, позади уже остались страсти и безумства юности,  но пришел опыт зрелости, на фундаменте которого можно построить  пусть  не роскошную, но достойную человека жизнь. К сожалению, у Сергея ни в прошлом, ни в будущем нет ничего, о чем бы ему хотелось помнить и к чему стремиться. Он – «бомж». Недавно в вечернее время попался на глаза подросткам, и один из них ударом ноги сломал Сергею челюсть. Рана, требующая вмешательства хирурга, не заживает, гниет, возможно, началось заражение крови и теперь от нее  исходит трупный запах,  от которого   меня  едва не вытошнило.

Когда-то у него была нормальная жизнь, семья, работа. Окончил училище,  получил профессию слесаря по ремонту химического оборудования. О годах  учебы  и  работы   он может  говорить долго, но это не изменит главного – неудавшуюся  перечеркнутую жизнь.

В 1993 году он последний раз работал на предприятии, получил зарплату, отпускные. Потом последовал запой. Не заметил, как прошло лето. За несколько лет пристрастился к алкоголю, появилась устойчивая зависимость.

Умерла мама, ушла любимая девушка, которая  в начале отношений  соглашалась выйти за него замуж.  Таня была девушкой неизбалованной, из многодетной семьи,и, наверное, как и любой молодой женщине, ей хотелось иметь детей, работящего любящего мужа. Сергей был и остался человеком незлобивым, немного наивным, доверчивым, работящим.  Эти качества, как пламя манит мотылька, притягивали ее к нему.

Во время очередного запоя Таня ушла. На прощании не сказала ни слова. Только посмотрела, как смотрят на дорогого сердцу покойника: виновато грустно. Утром он проснулся, вспомнил, что ушла невеста и заплакал.

— Мне было тогда 25 лет, — рассказывает Сергей. Я понял, что с ее уходом все потерял, но ничего не мог сделать – тяга к алкоголю была сильнее меня.

Это была точка «не возврата» в нормальную жизнь. Он иногда встречает Татьяну с мужем и  ее взрослыми детьми. Сначала прятался в кустах, не хотелось, чтобы она увидела его спившимся. Но как-то летом столкнулся на улице вплотную с ней: она отшатнулась от запаха и вида заросшего «бомжа» – не признала в нем бывшего жениха.

«Боярышник»: отрава или лекарство?

На первый взгляд может показаться, что жизнь «бомжа» проста и беззаботна, но это иллюзия. Ночью они почти не спят: кратковременное полудремное состояние трудно назвать полноценным отдыхом. Спят, как овцы, сбившись в компании. Но если животные отдыхают стадами, инстинктивно защищаясь от хищников,то «бомжи»  так страхуют себя от внезапных приступов фобий и галлюцинаций. В состоянии запоя человек испытывает чувство непонятной тревоги и беспокойства. Приходят мысли о самоубийстве, о том, что тело и душа больше не принадлежат его хозяину. И не раз среди ночи и дня «бомжи» вытаскивали из петли своего,  не вышедшего из запоя коллегу.

С утра и до вечера – поиски тары. Наверняка, многие из нас наблюдали, как, вытащив из мусорного контейнера жестяную банку из-под пива или фанты, человек плющит ее ногой, затем складирует в большой пакет. Чтобы заработать 50-60 рублей, нужно наплющить целую майку-пакет жестяных банок. За большой мешок банок на приемных пунктах дают 100 рублей. Подпольный литр  эрзац-спирта (среднее между техническим спиртом и белизной) стоит 70-80 рублей, пачка сигарет 25-30 рублей. Но 100 рублей зарабатывают  «стахановцы», молодые начинающие бомжи в расцвете своего «становления». Люди же с опытом, кому передвижение от контейнерной площадки к следующей «мусорке»  дается с трудом, добывают в день не больше 35-50 рублей. На эти деньги в аптеке можно купить пузырек асептолина (безрецептурный антисептик для обработки  инфицированных ран на 90 —  процентном спирте) или два пузырька боярышника, перцовки (раствор на 70 —  процентном спирте).

— «Боярышник» и губит людей, — говорит Сергей. Теперь в аптеках больше двух «фанфуриков» в одни руки не продают. Но можно выйти и зайти снова.

Аптеки их охотно продают, зарабатывая неплохие и стабильные деньги, внося свою уже далеко не посильную, но  сильную  лепту в алкоголизацию населения.

— Да, сколько ослепших после этих лекарств, —  продолжает Сергей. Он загибает  пальцы  на руке. Отмороженные пальцы плохо сгибаются:

— Вон, Олег проснулся слепым, Миня окривел, Степа не встал. Два пальца на его руке сгибались последовательно, третий   не согнулся.

Надежда не умирает

Сергей временами понимает пагубность своего положения. Возможно, потому что еще сравнительно молод и сохранил  остатки здоровья.

— Я крещеный, — говорит он. Каждый день молюсь:

— Господи, помоги!

— Помогает?

— Пока нет. Он слышит меня.  Вот гайтан на крестике каждый раз свивается в узлы.

Бессмысленно говорить ему, что Церковь пьянство считает тяжким грехом и Иисус Христос прямо и недвумысленно предупредил .. пьяницы не наследуют Царства Божьего. А ведь для любого здравомыслящего человека:«бомжа», чиновника, журналиста, бизнесмена, не зависимо от масштабов коррумпированности или испорченности характера,  лишиться надежды жить и умереть без Бога, что может быть страшнее? По уровню своего развития Сергей не знает этого.

Под защитой храма

Вряд ли, есть способ помочь этим людям избавиться от пагубной привычки —  алкоголь поразил их на клеточном уровне,он уже необходим при обмене веществ. Они доживают свой век: ресурсы организма  заканчиваются.Пока «бомж» не выпьет, у него все болит: сердце, печень, легкие, поражен опорно-двигательный аппарат. Обществу они не нужны: ни как избиратели (у большинства нет прописки и паспортов, а, значит, не имеют права голосовать), ни как  родители (родственные связи давно утрачены). Помести их в комфортабельные для обычного человека условия, через несколько дней они сбегут из них. Такой образ жизни их выбор. По мнению священнослужителей, за  них, несостоявшихся  членов общества и заблудших детей Божьей  церкви,  нужно молиться.

На территории храма Святого Луки более 80 человек без постоянного места жительства каждый день получают горячую пищу. Здесь особая атмосфера доброжелательности. Под защитой храма они трезвы, стараются держаться достойно. Беседуя с ними,  я поймал себя на мысли, что не слышал ни от Сергея, ни от других бродяг ни одного матерного слова. Хоть на полчаса, пока они кушают на территории  церкви,  мир для них и они сами становятся лучше…

Владимир ПОТЕХИН

 

Мнение

Проявите милосердие к бездомным людям!

Церковь всегда помогала  и будет помогать бездомным.  У каждого  своя история падения, но общее у них одно —  все они, оказавшись без дома,  поддержки родных и близких – глубоко несчастливы.

Помочь себе они уже не могут – это болящие люди. Им   нужно особое внимание – и универсального  решения как им помочь  нет. Хотелось, чтобы обществу, которое их и породило, они  не были  безразличны, ведь от  такого падения никто не гарантирован.

Во многих семьях есть страдающие пьянством и алкоголизмом  люди. Не выгоняйте их из дома,  лечите их,  прощайте, приводите в Церковь, боритесь за них до конца!   Проявите милосердие к ним и сами не впадайте в уныние!

Отец Михаил, настоятель Храма Святого Луки