Падение Дома Мироновых

Падение Дома Мироновых

Более 100 лет назад в Усолье была убита семья купца Миронова с прислугой. Убийца не был найден.

Что установили прибывшие чины полиции
«Утром 10 марта 1906 года крестьянин деревни Ждановой Зырянской волости Иван Яки¬мов, проезжая из деревни Жда-новой в село Усолье (стилисти¬ка полицейского рапорта час¬тично сохранена) на третьей версте от села Веретеи по Со-ликамскому тракту нашел при¬вязанную важжами к теле-графному столбу лошадь. При¬ехав на рынок в село Усолье, Якимов узнал, что лошадь при¬надлежит купцу Миронову, куда он и отправился. Причем по дороге в магазин Миронова рассказал о случившемся при¬казчикам. Один из них поехал вместе с Якимовым к дому Миронова, ворота которого оказались запертыми и на стук никто не отзывался. Перелезши через забор они обнаружи¬ли во дворе кровавый след, ве¬дущий от ворот под навес, а под навесом труп служащего Миронова — Пономарева!»
Прибывшим чинам полиции и судебным следователем было установлено, что в ночь на 10 марта 1906 года совершено убийство дедюхинского купца Александра Федоровича Миронова, его жены Александры Гавриловны, дочери Софьи, прислуги: кухарки Анны Кропа¬чевой, горничной Елизаветы Горбуновой, конторщика Алек¬сандра Пономарева, караулыцика Якова Кропачева и работни¬ка Афанасия Санникова.
Во дворе, под навесом, был найден окровавленный сломанный же¬лезный лом — орудие убийства. Оба несгораемых шкафа, где хранились деньги, были откры¬ты, а деньги похищены. Убийца не взял ни у одной из своих жертв золотые украшения. У Миронова на пальце правой руки было два золотых кольца, у его жены и дочери также были золотые кольца, алмазные сережки. Никто из женщин не подвергался насилию.

Из протокола осмотра места преступления: «…в расчетной комнате рядом с чуланом сто¬явший тут огнеупорный шкаф открыт, ключ в замке, в не¬скольких комнатах лужи кро¬ви, письменный стол в комна¬те Софьи Мироновой сломан, ящики выдвинуты и все содер¬жимое перевернуто. Все лица покойных залиты кровью, кос¬ти черепа повреждены в не¬скольких местах каким-то ору¬дием с острыми краями, часть мозга у некоторых трупов вы¬валилась наружу».

Вошел в доверие

У следствия не было сомне¬ния, что убийца расправлялся со своими жертвами, орудуя ко¬ротким ломом. Уже первый удар по голове был смертельным. За¬тем он наносил в основание че¬репа второй контрольный удар.
Доминировала версия, что убийство совершил работник купца Николай Поносов, кото¬рый этой же ночью исчез из Усолья. При внимательном изуче¬нии паспорта Поносова, выяс¬нилось, что он поддельный. (В те времена паспорта не имели фотографий). Полиция объявила «открытый лист» (аналог сегодняшнего всероссийского розыс¬ка) на крестьянина Николая Поносова, ранее судимого за нанесение тяжких побоев.

Убийство восьми человек, совершенное жесточайшим образом, шокировало Усолье, которое в начале прошлого века являлось крупным адми¬нистративным и культурным центром: оно более чем в два раза превышало по численности Соликамск, Чердынь, Оханск вместе взятые. Значимость Усолья определялась тем, что имен¬но в нем располагалось управле¬ние сользаводов, служившее ре¬зиденцией административных органов: здесь были камеры (помещения для предваритель¬ного заключения) у судьи, про¬курора, станового пристава, те¬атр, школы, синематограф. В селе имелось более 200 торговых лавок с общим товарооборотом 200—250 тысяч рублей.

Телеграмма прокурору

Через день после убийства, 10 марта, родственники 45-летнего купца Миронова направили те¬леграмму товарищу прокурора, в которой, в частности, были такие слова: «Требуем принятия энергичных мер. Одного следо¬вателя недостаточно. Команди-руйте еще двух. Усольское об¬щество все взволновано. Поляков, Постников».
Один из бывших работников Миронова показал, что за не-сколько дней до убийства он случайно увидел у Поносова под полушубком «пешню» — же¬лезный лом (орудие для сколки льда с бортов баржи).
Постепенно становился ясен психологический портрет убий¬цы. Был судим за нанесение тяжких побоев в драке. При найме на работу, наверное, по¬нимая, что с судимостью трудно рассчитывать на хорошее жало¬вание, согласился на весьма не-высокое. Брался за любую работу. В разговоре с работника¬ми и хозяином — очень вежлив. Спиртным не злоупотреблял.
Со временем Миронов и его жена стали поручать Поносову проводить отдельные финансо¬вые сделки: он отвозил на продажу продукты, деньги привозил обратно. Часто бывал в доме Мироновых.

Почему никто не оказал сопротивления?

В день убийства в доме долж¬ны были находиться только Со¬фья и горничная. Миронов же планировал допоздна находить¬ся в лавке. Но что-то произош¬ло — он изменил планы и вер¬нулся домой с приказчиками. Еще раньше возвратилась жена. К тому времени их дочь и горничная были убиты. Убийца сбросил тела в под¬пол, что был на кухне, и стал ждать, когда придет Александ¬ра Гавриловна Миронова, кото¬рая носила с собой ключи от сейфов. Очевидно, он затер следы крови, так как пришед¬шая женщина ничего подозри¬тельного не обнаружила. Эта 32-летняя женщина, как и все, была убита двумя ударами лома в голову. Убийца достал из карманов жакетки ключи от сейфов и забрал имевшиеся там ассигнации.
Он переходил из комнаты в комнату и методично расправлялся с ни в чем не повинными людьми. Никто не оказал со¬противления, очевидно, потому, что убийца был знаком с жертвами. В дровянике между жердями и тюком с хмелем был убит 45-летний купец Алек¬сандр Миронов.

Сапоги со следами крови…

Брались во внимание все по¬дозрительные случаи. Один из содержателей лавки доносил полиции, что 13 марта крестья¬нин Усольской волости Алек¬сандр Лучников продал сапоги со следами крови. Допрошен¬ный крестьянин пояснил, что действительно «продал сапоги за 1 рубль 50 копеек со следами крови на покупку водки, так как в это время пьянствовал, но кровь была моя от раны на ноге. Кроме сапог я продал еще и холщовую рубаху».
Конюх Мироновых Трущев на вопрос, где он был в день убийства, 9 марта, пояснил «в тот день мы пили вино. Я был пьян и моя хозяйка тоже пила с нами».
Оставалась еще версия по мо¬тивам наследования, но един-ственный племянник, кому по наследству доставалась значи-тельная часть капитала, пил за¬поем в Самаре и даже не пред-принимал попыток вступить в наследство.

Убийца с подложным паспортом…

Не будет преувеличением ска¬зать, что Россия в преддверии первой мировой войны, несмот¬ря на экономическую свободу, данную реформами Столыпина, постепенно погружалась в алкогольный омут. Именно в силу этих причин царское правительство в годы войны ввело «сухой закон».
Купцы в Усолье сетовали, что «даже за хорошее жалование трудно найти трезвого обстоятельного приказчика: попадается либо пьяница, либо бывший каторжник».
В скором времени полиция арестовывает и Поносова. При обыске у него оказалось сталь¬ное долото, привязанное к ле¬вой стороне груди и железный набойник, применяемый для скрепления бочек. Задержанный объяснил, что долото и набой-ник нужны ему «для обороны его самого».

За недостаточностью улик

В камере Поносов пишет прошение на имя следователя: «Ваше высокоблагородие, госпо¬дин судебный следователь!
Покорнейше прошу обратить на меня особое внимание, как невинно заключенного вами под стражу и принять меры к точному и немедленному рас¬следованию данного мною объяснения…» А объяснения его были просты: с 5 по 14 марта он работал у крестьянина Лысьвенской волости Ивана Черем- ных на молотьбе хлеба.
После проверки товарищ про¬курора делает официальное заключение: «Уголовное пресле¬дование Поносова за недоста-точностью улик прекратить. Начать поиски бывшего ра-ботника купца Миронова по имени «Николай». Приметы. Высокого роста, глаза серые, волосы русые, усы рыжие».

Теперь стало ясно: убийца жил и работал у Миронова по подложному паспорту (в паспор¬тах того времени не было фото¬графий), выдавая себя за того, кто к убийству не имел никако¬го отношения.
Владимир ПОТЕХИН
Продолжение следует

Читайте также: